С гайдаровской интонацией

Читая книгу лично знакомого мне писателя, я не раз ловил себя на мысли, что мне слышится интонация его живой речи, тембр голоса. Это, разумеется, относиться к писателям самобытным, умеющим и мыслить самостоятельно, и выражать свои мысли по-своему.

Так, скажем, когда я перечитываю Аркадия Гайдара, мне всегда кажется, что он читает мне в слух. В свое время Гайдар действительно часто читал мне свои рукописи будущих книг, а то и просто рассказывал о задуманном.

Я не собираюсь писать здесь воспоминаний о Гайдаре. Мысль об этом большом писателе навеял мне недавно вышедший в Уфе сборник башкирского прозаика Анвера Бикчентаева «Бакенщики не плачут».

Удивительное ощущение испытал я как читатель. Мне показалось, что в строчках бикчентаевской прозы я как бы одновременно слышу живую речь и Анвера Бикчентаева, и Аркадия Гайдара. Это ощущение особенно усиливается, когда читаешь рассказы Бикчентаева для детей.

В чем же тут дело? Может быть, Бикчентаев настолько поддался очарованию гайдаровской речи, что порой копирует ее интонацию? Нет, почерк Бикчентаева не спутаешь ни с каким другим. Дело, видимо, в том, что в самом принципе творчества Бикчентаева стоит на гайдаровских позициях. Нам помогает это понять сам автор. В рецензируемом сборнике имеется раздел «О книгах моих товарищей по перу», Здесь напечатана, в частности, статья, представляющая собой переработанный доклад А. Бикчентаева о детской литературе, сделанный им на уфимском выездном пленуме Союза писателей РСФСР. Вот две цитаты из этой статьи, способные многое раскрыть:

«Детские книги нельзя создавать вокруг случайных событий, вокруг мелких происшествий, — пишет автор, — В центре произведения должен стоять положительный герой, до сих пор никем не описанный, который способен взволновать души юных читателей, вызвать у них искренний и глубокий интерес».

И дальше:

«Гайдаровско-макаренковское» отношение к детской литературе «исходит из принципа, что с детьми надо разговаривать забавно, но серьезно, не становясь на колени, не сюсюкая, не скрывая от них большую правду жизни, помня, что мы готовим смену борцов (вспомните Гайдара: готовим «краснозвездную гвардиюб». — Г. К.), а не людей приспособленных к мещанской жизни».

Этот взгляд на творчество писателя для детей А. Бикчентаев противопоставляет канонам «опекунов от детской литературы», думающих, что детей надо воспитывать в оранжерейных условиях, и это якобы способно уберечь их от дурных влияний, от пороков, имеющих место в жизни.

Книга рассказов «Бакенщики не плачут» (сюда же включена и повесть «Путешественник поневоле») является как бы художественной иллюстрацией творческого кредо автора.

А. Бикчентаев рассказывает юному читателю о вещах обыденных, но не мелких и не случайных. Его герои из тех, кого с охотой взял бы себе в товарищи любой подросток. Это — нравственно благородные, волевые люди, люди высоких душевных порывов. Сила этого героя в том, что он очень земной, невыдуманный, ему не просто хочется подражать, но ему способен подражать всякий такой же простой паренек.

Прочтите хотя бы рассказ «Бакенщики не плачут», давший название сборнику. Автор очень скуп на слова, но это не мешает ему строить романтически звучную фразу, создающую ощущение интимности, доверительности речи, как будто рассказчик ведет с тобой беседу с глазу на глаз.

Герой рассказа — подросток, сын бакенщика на большой реке. Жизнь юного героя сурова, он не знает материнской ласки. Отец научил мальчика своему делу. Это ответственный труд: три красных и три белых бакена всегда должны предостерегать капитанов судов от опасности врезаться в скалистый мыс. Не раз приходилось мальчику и без помощи отца зажигать и тушить бакены. Из рассказы мы узнаем, как однажды в штормовую погоду юному герою пришлось в одиночестве вступить в отчаянную борьбу с разбушевавшейся стихией. Мальчик справился с пятью бакенами, но штормовая волна сбила его с лодки; потеряв равновесие, он упал в пучину. «Только и успел подумать: «Кто же теперь зажжет шестой? Самый нижний?..»

Характерна концовка рассказа. Когда наш юный бакенщик пришел в сознание и открыл глаза, он увидел отца, который неожиданно нагнулся и поцеловал сына. «Мне не понравилась его слабость, — сообщает рассказчик (рассказ ведется от лица мальчика. — Г. К.). — Но я простил его. Быть может, иногда вместо спасибо можно и поцеловать… В десять лет один раз».

Автор любит рисовать мальчишечий быт («Я очень люблю знакомиться с мальчишками, особенно вот с такими важными…» — признается он в одном из рассказов). Но не меньше удаются Бикчентаеву и женские образы. Любопытно при этом, что автор ставит своих юных героинь в такие обстоятельства, когда им приходиться «по мужски» проявлять себя. Так, в рассказе «Глаза раненой волчицы» писатель заставляет свою героиню — дочь «самой старшей среди чабанов» — преодолеть страх и стрелять по волчьей стае (случилось так, что матери вместе с дочерью в поле полтысячи колхозных овец). В другом рассказе («Девушка в шароварах») писатель рисует светлый образ юной башкирки каменщицы, сумевшей за короткий срок буквально перевернуть неустроенный быт строителей автовокзала.

Девичьи образы Бикчентаева (несмотря на «мужские дела» героинь) полны обаяния, привлекательности.

В сборнике — 15 рассказов. И в каждом из них мы находим подтверждение авторского взгляда, видящего романтику героизма не просто в хорошей работе, а связывающего героизм с взлетом мысли, чувств, с моральным испытанием, с особым случаем.

Автор находит эти «особые случаи» и на своей земле, и за рубежом. Это не исключительные обстоятельства, а то, что может случиться и случается каждодневно. Целый цикл рассказов, включенных в сборник, посвящен юным героям, повстречавшемся писателю в его поездках за границу. К ним относиться «Хосе старый да Хосе малый», «Маленький адъютант» (все три рассказа из жизни борющейся Кубы), «Парижские парни», рисующий гнев и борьбу алжирских юных патриотов против французских оккупантов, и другие.

Вот рассказ из кубинского цикла — «Трудно человеку без бороды». Маленькому повстанцу Хосе командир отряда поручил «сторожить океан», «Особый случай» состоит в том, что мальчик, находясь на посту, подозревает одного из участников своего же отряда в предательстве. Он чутьем угадывает это и не выдает ему «тайну командира».

Хосе — этот наивный паренек, все мысли которого (конечно, «в интересах революции»!) овеяны желанием быстрее отрастить себе бороду «до самой Гаваны», — оказывается не таким уж наивным. Он сумел перехитрить опасного врага и выйти победителем из неравного поединка. Почему же трудно человеку без бороды? Потому, видите ли, что «без нее нет настоящего солдатского счастья». Ведь не разрешил же ему командир самолично расстрелять предателя. « — Тебе еще рано стрелять в человека, — сказал он с какой-то суровой лаской, — Приговор исполню я сам. А ты, Хосе, ступай на свой пост. И сторожи океан».

Читаешь про Хосе и других юных героев Бикчентаева — и узнаешь духовное родство их с Мальчишем-Кибальчишем, которому не переставал радостно удивляться Гайдар. «…Что же это такая за непонятная страна, в которой даже такие малыши знают Военную тайну и так крепко держат свое твердое слово?»

Хочется отметить еще одну примечательную черту Анвера Бикчентаева, роднящую его, как писателя, с Аркадием Гайдаром. Речь идет о педагогической направленности его рассказов, лишенной сухой назидательности. Поучительны, как правило сами сюжеты рассказчика. Но писатель не боится и прямой морали, звучащей как философское обобщение, как бы невзначай оброненное старшим другом. Вот, например, в концовке упомянутого рассказа «Глаза раненой волчицы» мать говорит дочери: «Подними выше свой факел! Вот теперь взгляни в глаза этой умирающей волчицы. Видишь — в них нет слез. Глаза ее сухие. А сколько в них злобы! Запомни это. В большом мире ты встретишь не только глаза матери, но и глаза волчицы. Человек должен уметь различать их…»

Многие рассказы А. Бикчентаева написаны от лица маленьких героев. В этом трудном жанре писателя всегда подстерегает опасность сфальшивить против жизненной правды. Искусство перевоплощения — большое искусство. Отрадно, что автор хорошо им владеет.

Анвер Гадеевич Бикчентаев — растущий, набирающий силу прозаик. Его повести «Большой оркестр» и «Дочь посла» были серьезным шагом вперед после романа «Лебеди остаются на Урале». Сейчас он заканчивает новый роман из жизни нефтяников.

Отрадно, что в сборнике «Бакенщики не плачут», в значительной части адресованном детскому читателю (условно, конечно, ибо его с охотой прочтут и взрослые). Бикчентаев заявляет о себе как о мастере короткого рассказа. Этот трудный жанр дается не всякому писателю.

Г. Куклис
«Литературная Россия», 1982, 29 января.