Мы вообще против женщин

Никогда жизнь в «Большом оркестре» не была-такой трудной, как в начале марта. Мамы так круто «завернули гайки», что мы даже перестали понимать, чего они от нас хотят. Моя мама ещё туда-сюда, но моим друзьям, Ахмадею и Яше, жилось нелегко. Зато девчонки веселились как могли. Иногда просто обидно становилось, что ты мальчишка…

Конечно, это только усиливало разлад между нами. Ахмадей и Яша слышать о них спокойно не могли. И лишь я одни по-прежнему пытался дружить и с теми и с этими.

Товарищи всячески издевались надо мной.

«Девчатник!» — презрительно называл меня Яша.

Мне, конечно, было обидно, и я уже подумывал, не порвать ли и мне с девочками.

И вот как раз в то время, когда мы так плохо относились ко всем женщинам, подошёл день Восьмого марта.

 — Не будем делать подарки, пусть знают! — заявил Ахмадей.

 — Правильно, — согласился Яша.

Я не знал, что и говорить. Как же можно не отметить мамин праздник? Увидев, что я сомневаюсь, Ахмадей спросил:

 — Ты против, что ли?

 — Чего молчишь? — поддержал его Яша.

Мне не хотелось терять дружбу, поэтому я согласился с ним.

 — Ты дай нам слово, — вдруг усомнился Яша.

 — Какое слово?

 — Клятву! — потребовал Ахмадей.

 — Клятву я не знаю, но честное слово дам.

После этого Яша и Ахмадей ушли, а я всё-таки пошёл к девчонкам. У них было что-то вроде совещания.

 — Девочки, — говорила как раз Фатыма, — у меня есть отличный план. Я предлагаю сделать подарок на Восьмое марта.

 — Ты опоздала, — засмеялась Зуляйха. — Я уже купила маме подарок. Она любит читать книги, и я купила ей толстый роман. В хорошем переплёте. Деньги копила целый месяц, экономила на завтраках.

 — А моя мама сама купила мне подарок! — запрыгала Люция. — Ах, как я довольна!

Маня схватилась за карман.

 — Ой как я испугалась! — проговорила она. — Думала, что выронила.

 — А что же ты купила бабушке? — заинтересовались девочки.

 — Я купила пудру, — ответила Маня, вытаскивая из кармана коробочку «Ландыша».

Девочки посмотрели друг на друга и дружно засмеялись.

 — Что же будет делать твоя бабушка с пудрой? — спросила Зуляйха.

 — У меня больше денег не было, — начала оправдываться Маня.

 — Она уже старая и не пудрится! — смеялась Фатыма. — Куда она денет твой подарок?

 — Я об этом и не подумала… — огорчилась Маня. Девчонки долго смеялись. А потом снова заговорила

Фатыма:

 — Вы все меня не так поняли. Я говорила об общем подарке. В нашем «Большом оркестре» работает женщина…

Люция захлопала в ладоши.

 — Я сразу сообразила, — сказала она. — Предлагаю собрать деньги и купить ей платье!

Всем эта мысль понравилась, и все захлопали в ладоши.

Я уже собрался бежать домой и сообщить маме радостную новость, но остановился, заслышав голос Фатымы.

 — Я возражаю, — заявила Фатыма. — Дворник получает зарплату, и потом, она не нищая, чтобы делать ей подарки. Она может обидеться. Я предлагаю в день праздника освободить её от работы и подежурить за неё. Я сама могу помыть нашу лестницу. А кто и снег почистит или подметёт двор.

Я не знал, как благодарить Фатыму. В самом деле, моя мама не нищая, чтобы всем двором ей собирать деньги на платье…

На следующий день, 8 Марта, весь двор трудился за мою маму. А она сама сидела дома и чуть не плакала от радости.

 — Какие чудесные люди растут! — говорила она. — Сердечные люди…

Я же сидел с ней рядом и виновато моргал глазами. На дворе девочки трудились, выполняя работу моей мамы, а я, её единственный сын, сидел дома.

«Другой раз не давай честного слова, не обдумав!» — укорял я себя, пряча глаза от мамы.